Больше половины Узбекистана — пустыня, и все они разные: красные пески и саксаул Кызылкума, белая солончаковая пустыня на месте Арала, известняковое плато Устюрт с чинками и древними «стрелами». Где они, кто там живёт и сравнение юртовых лагерей у Айдаркуля, Аяз-Калы и Арала.
Факты, цены и расписания проверены 11 ноября 2026 г.
Города Шёлкового пути существуют благодаря пустыням, а не вопреки им. Бухара, Хива и Самарканд — оазисы, и караваны, которые их обогатили, неделями шли по пескам от одного к другому. Путешественник, увидевший только города, видит сцену без декораций. А ведь до пустынь Узбекистана добраться легко, и ночь в войлочной юрте между Самаркандом и Бухарой или на краю высохшего дна Арала — именно то, о чём большинство наших гостей рассказывают первым делом, вернувшись домой.
В стране пять пустынь: Кызылкум, занимающий бо́льшую часть центра; Аралкум, самая молодая пустыня на Земле; плато Устюрт на крайнем западе; а также небольшие пески Сундукли и бывшая Голодная степь. Большинство путешественников выбирают между тремя юртовыми лагерями, которые различаются ценой и лучшим сезоном.
Кызылкум: красные пески между двух рек
Кызылкум, «Красные пески», заполняет пространство между Амударьёй и Сырдарьёй — около 300 000 км², которые Узбекистан делит с Казахстаном и Туркменистаном, причём бо́льшая часть приходится на Узбекистан. Это не море барханов. Здесь много плоских глинистых равнин и такыров — растрескавшихся и бледных, — гряд красноватого песка, невысоких скалистых останцов, когда-то бывших горами, и зарослей саксаула: безлистного серого кустарника, чьи корни держат пустыню на месте, а древесина горит жарче угля. После дождливой весны всё зеленеет на три недели, и пески расцветают тюльпанами и маками.
Животные здесь есть, если запастись терпением: джейраны, пустынные лисы и волки, сотни черепах в апреле, вараны до полутора метров, тушканчики ночью и орлы днём. Вернее всего увидеть их в экоцентре «Джейран» под Бухарой — огороженном заповеднике, где разводят джейранов, куланов и лошадей Пржевальского. Пастухи Навоийской области до сих пор доят верблюдиц, и пиалу шубата — сброженного верблюжьего молока — гостю предложат с самым серьёзным видом. Почти всё, чем путешественник занимается в Кызылкуме, происходит по его краям: крепости Хорезма на западной кромке, горы Нуратау и озеро Айдаркуль на восточной и дорога из Бухары в Хиву — прямо через середину.

Аралкум: пустыня, рождённая на наших глазах
Там, где Кызылкум встречается с бывшим Аральским морем, земля меняет цвет. Аралкум — это морское дно, обнажившееся с 1960-х годов, когда питавшие Арал реки отвели на орошение; море потеряло девять десятых объёма, а берег отступил от Муйнака более чем на 100 км. Осталась бело-серая равнина из соли, песка и ракушки, изрезанная рёбрами мёртвых судов, — и она растёт. В старых источниках её площадь — 38 000 км², по последним данным — более 60 000 км². Ветер ежегодно поднимает с неё, по оценкам, около 100 млн тонн соли и пыли, поэтому посадки саксаула на высохшем дне стали одним из крупнейших проектов лесовосстановления в Азии: Узбекистан сообщает о защитных насаждениях примерно на двух миллионах гектаров в 2018–2025 годах, а проект ПРООН «Зелёный Арал» каждую весну добавляет десятки тысяч саженцев.
Для путешественника Аралкум — пейзаж отсутствия. Дорога от Муйнака до нынешнего берега пересекает его за три–четыре часа по колее — мимо газовых установок, солончаков, похожих на снег, и редких ровных рядов саксаульных посадок. Часть территории теперь входит в национальный парк «Аралкум». В конце пути снова вода — длинная синяя котловина под чинками Устюрта — и юртовый лагерь. Полный двухдневный маршрут — в нашем путеводителе по Аральскому морю.
Устюрт: плато чинков и стрел
К западу от Арала земля одним уступом поднимается на плато Устюрт — известняковую столовую страну площадью около 200 000 км², которую Узбекистан делит с Казахстаном и Туркменистаном. Её края, чинки, — обрывы высотой 200 м и более, изрезанные бухтами и белыми, розовыми и охристыми террасами; порода была дном океана и полна ракушек. Сверху видно Аралкум, а ясным утром — и уцелевшее море. Поверхность плато — глинисто-щебнистая пустыня почти без воды, с ветром, который не стихает, поэтому здесь почти никого нет, кроме советских блокпостов и немногих оставшихся сайгаков.
Самая загадочная особенность плато оставалась неизвестной до 1986 года, когда каракалпакский археолог Вадим Ягодин разглядел на аэрофотоснимках цепочку каменных загонов в форме стрел длиной до 900 м, протянувшихся вдоль древней береговой линии. Сейчас их известно около пятидесяти. Их считают ловушками для массовой охоты, куда загоняли мигрирующие стада сайгаков и куланов; датировка спорна. С земли их не видно, так что ехать сюда стоит ради самого пейзажа: рассвет на краю чинка над озером Судочье, где в камышах внизу гнездятся фламинго, и руины русской рыбацкой станции Урга под обрывом. Устюрт — это экспедиция, а не экскурсия. Закладывайте два–три дня из Нукуса, внедорожник и водителя, который знает колеи.

Сундукли и Голодная степь
Картину дополняют две пустыни поменьше. Пески Сундукли лежат к югу от Бухары, в сторону Кашкадарьинской области: это продолжение Кызылкума, но золотистое, а не красное, с барханами-серпами, сухими руслами и залежами лечебной грязи, которую используют местные санатории; бухарский центр лечения солью и песком опирается на ту же традицию. Большинство путешественников видят Сундукли из окна поезда между Бухарой и Карши. Голодная степь, Мирзачуль, между Сырдарьёй и Туркестанским хребтом, была безводной равниной площадью около 10 000 км², пока с 1890-х годов русские, а затем советские каналы не превратили её в хлопковые поля и сады. Пустыней её уже не назовёшь. Сегодня она дарит дыни и гранаты Сырдарьинской области, которые продают у обочины трассы Ташкент — Самарканд, пересекающей степь за час.
Где переночевать в юрте: сравниваем три лагеря
Юртовые лагеря Узбекистана работают для путешественников, а не для кочевников, — это стоит знать заранее. Юрты настоящие, из войлока на деревянной решётке, в казахском и каракалпакском стиле, с коврами, матрасами и стёгаными одеялами; санузлы — общие блоки в нескольких шагах; еду готовят на месте, а вечер обычно заканчивается костром и песнями акына под домбру. На три лагеря приходится бо́льшая часть ночёвок:
- Айдаркуль, Кызылкум. Классика. Несколько лагерей стоят в песках у посёлка Янгиказган, примерно в 50 км от Нураты и в полудне пути от Самарканда или Бухары; к озеру — короткий переезд или прогулка на верблюде, чтобы искупаться. Ждите 10–20 юрт по четыре–шесть мест, ужин и завтрак; верблюды — за отдельную плату. Ориентировочно около 40–50 долларов с человека с питанием (2026 год). См. нашу страницу о юртовых лагерях Кызылкума.
- Аяз-Кала, Хорезм. Лагерь на гряде под двумя крепостями Аяз-Калы, в 100 км от Хивы; сюда приезжают в день объезда крепостей Элликкалы. Вид на рассвете — глинобитные стены над головой и Кызылкум до горизонта — лучший из трёх; удобства — самые простые. Подходит для одной ночи между Хивой и Нукусом.
- Берег Арала, Каракалпакстан. Юрты на чинке Устюрта или у воды в конце муйнакской колеи. Это удалённый лагерь без дороги, без связи и с генератором; он существует ради экспедиции и рассвета над морем. Обычно бронируется в составе двухдневной поездки на Арал из Нукуса: ночь в лагере — около 40–50 долларов, вся поездка — 300–450 долларов с человека в зависимости от размера группы.
Возьмите налобный фонарик, тёплую кофту даже в июне, беруши, если делите юрту, и не рассчитывайте на Wi-Fi. С детьми хорошо на Айдаркуле, где верблюды и купание решают всё; аральский лагерь больше подходит взрослым и старшим подросткам.
Когда ехать, как добраться и сколько это стоит
У пустыни два хороших сезона. С апреля до начала июня — цветы, черепахи, терпимые 25–32 °C днём и холодные ночи; в сентябре–октябре — ясное небо, тёплая вода в Айдаркуле и лучший свет. В июле и августе в Кызылкуме до 45 °C, на солончаках Аралкума ещё жарче; лагеря работают, но послеобеденные часы проводят лёжа. Зимой пусто и красиво, в иные годы на барханах лежит снег, но лагеря закрыты, а ветер на Устюрте беспощаден.
Добираться — по дороге. Кызылкум пересекает трасса Бухара — Хива, теперь ровная, шесть–семь часов на машине, и железная дорога Бухара — Ургенч. До Айдаркуля из Нураты ведёт асфальт; до Аяз-Калы — асфальт из Ургенча или Хивы; в Аралкум и на Устюрт — только на внедорожнике из Нукуса, Кунграда или Муйнака. В Муйнаке есть небольшой аэропорт с нерегулярными рейсами, но обычно туда едут три–четыре часа из Нукуса. Разрешения нигде в пустыне не нужны, кроме дальних уголков Сайгачьего заказника на Устюрте. Когда транспорт решён, расходы скромные: машина с водителем на день в пустыне — примерно 80–150 долларов в зависимости от расстояния, прогулка на верблюде — несколько долларов, ночь в юрте — см. выше. Возьмите наличные, солнцезащитный крем, два литра воды на человека на полдня и платок от ветра.
Через пустыни с TourEast
Ночь в пустыне есть в нескольких наших маршрутах. «Край карты» — полная экспедиция: крепости Хорезма, юрта у Аяз-Калы, Нукус и коллекция Савицкого, Муйнак, переезд через Аралкум и само море под чинками Устюрта. Семейный тур «Плов, верблюды и замки» идёт более мягким путём — через Айдаркуль, с прогулкой на верблюдах, короткой поездкой к озеру и костром. Большой тур «Двенадцать ворот Шёлкового пути» проводит ночь в Кызылкуме у Айдаркуля и ещё раз пересекает ту же пустыню по дороге в Хиву; Аралкум и Устюрт есть только в «Крае карты». Если у вас особый интерес — сайгаки на Устюрте, саксаульные посадки, пустынная ботаника в апреле или просто ночь под Млечным Путём с хорошим водителем и поваром, — расскажите нам, и мы выстроим дни вокруг него.
Частые вопросы
Фотогалерея
Фото: Bgag / Wikimedia Commons, CC0; NatalieChunina / Wikimedia Commons, CC BY-SA 4.0; svenfischer.fr / Wikimedia Commons, CC BY-SA 3.0; Fulvio Spada from Torino, Italy / Wikimedia Commons, CC BY-SA 2.0





